Ответы к экзаменам и зачётам

сборник шпаргалок для ВУЗов

История русской литературной критики 19-20 веков

Советская поэзия 20-30-х г.

Литературный процесс в Советской России в 20—30-ее гг. можно охарактеризовать тремя основными процессами: 1) продолжение авангардных поисков, начатых в начале ХХ в., попытки создания революционной литературы, 2) создание национальных литератур народов, входивших в состав СССР, 3) унификация литературы под официально признанный метод социалистического реализма и создание Союза писателей. Торжественный романтический пафос нашей революции — характернейшая черта творчества Светлова. В его книгах большое место занимает гражданская война — в пороховом дыму, бряцании сабель, ржании походных коней. Героика борьбы и смерти за революцию нашла себе яркое выражение в ряде лучших романтических стихотворений С. Он прославляет смерть в борьбе. С. мастерски использует контрасты — тщательное детализирующее описание обстановки действия и действующих лиц сочетается у него с лирически приподнятым, пафосным воспеванием революции. С. создал своеобразный жанр стихотворного раздумья. Объекты сатирического осмеяния С. — это схоласты, леваки, упрощенцы. Их он высмеивает преимущественно косвенно как реальных, а иногда воображаемых оппонентов (стих. «На море», «Живые герои», «Проводы» и др.). Ирония насыщена глубокой ненавистью в тех случаях, когда С. обращается к врагам революции («Нэпман»). Иногда ирония переходит в мягкий юмор, подчеркивая теплое, интимное отношение поэта к описываемому. ТИХОНОВ Его самые ранние произведения и первые две книги стихов — «Брага» и «Орда»— написаны под непосредственным влиянием поэтики акмеистов с их эстетическими принципами обнаженной конкретности, «представимости образа», смысловой точности слова, с пристрастием к предметной живописно-красочной детали, с их восприятием явлений жизни как самоценного поэтического факта. Но в отличие от творчества акмеистов уже первые сборники Т. насыщены революционным содержанием. Т. воспринимает революцию как бурное освобождение человеческой силы и энергии. Лирический герой ранних его стихов, данный в абстрактно-условных тонах, носит печать романтического бунтарства, отверженности («блаженные бродяги перекрестков»); это герой, вступающий в борьбу с устойчивым, косным бытом («Лавка»). В цикле своих баллад, сжатых и стремительных по форме, Т. воспевает романтику революционных битв, героизм рядовых бойцов, восхищаясь их простотой и упорством, непоколебимостью и выдержкой. Багрицкий Входит в группу конструктивистов. Его первые произведения, к-рые по времени написания совпадают с периодом гражданской войны, проникнуты напряженной, физиологически ярко выраженной жизнерадостностью, жадностью к жизни. В прошлом он ищет яркие фигуры, поэтическое воплощение к-рых дало бы ему возможность творчески разрядить чрезвычайно оптимистическое, активное мироощущение, пронизанное пантеистическими настроениями. Эмоциональная окраска стихов Б. последнего времени радикально отличается от характера начального этапа его лит-ой деятельности. Переход от периода военного коммунизма к мирному хозяйственному строительству является для творчества Б. критическим. Поэт остается на архаических лирических позициях, очень часто, как бы демонстративно, прибегая к особенно тривиальным приемам «Соловей и роза», «Арбуз», доводя, правда, их до большого мастерства. В новой обстановке поэт «скучает», основной темой его стихов становится анархическое романтическое буйство («Черное море»); утверждение своей физиологической напряженности он выражает надрывными эротическими произведениями («Весна»). Усиливается мистическая струя («Трясина»), появляется ощущение тоски и неприкаянности. Все последние стихи Б. проникнуты пессимистическими настроениями. Романтическое, расплывчатое преломление действительности вообще является в творчестве Б. Внутренняя динамичность образов, большая напряженность стиха, прекрасно чувствуемый ритм, умение дать ощущение фактуры описываемого — все это ставит Б. БЕДНЫЙ творческой базой необходимо считать крестьянство. Своими темами, образами, выразительными и изобразительными средствами поэтической речи молодой поэт тесно связан с деревней, с бытом и мироощущением великорусского крестьянства. Б. представляет диаметрально противоположную группу крестьянства — недостаточного, беднейшего, пролетаризующегося. Центральным образом ранних произведений Б. следует считать батрака, энергично борющегося с кулацким засильем. Поэт неоднократно разрабатывает образ молодого крестьянина, ушедшего в город, поступившего там на фабрику, участвовавшего в рабочем движении и возвратившегося в деревню для новой и упорной борьбы. Персонаж этот проходит через все творчество Б., найдя себе законченное выражение в поэме «Мужики». Тематика молодого Демьяна отражает в себе психологические настроения этих бедняцких слоев дореволюционной деревни. Сатирический показ сельских «мироедов» (старшина, урядник, лавочник, вообще кулак, помещик и поп), непримиримая рознь между ними и эксплоатируемым «народом», темнота деревни, ее материальная бедность и социальная приниженность — все эти мотивы с неоспоримостью устанавливают батрацкий генезис демьяновской поэзии. Свой путь Б. начинает с гражданской поэзии. Стиль Б. своеобразен. Он характеризуется намеренным примитивизмом образов (социальных «масок» попа, буржуя или батрака); почти полным устранением из повествования пейзажей (ни в сатирической, ни в патетической поэзии им места не находится); плакатной резкостью композиционных приемов (любимейшим из них является противопоставление «старого» и «нового»; отсюда — позднейшие довески к ранним басням). Наконец, стиль Б. характеризуется особым языком, «дерзким и колким», «без вывертов, без хитростей, без вычурных прикрас», языком, заимствовавшим из мужицкой речи крепкое словцо и острый образ. Вопрос о том, насколько художественна эта поэзия — праздный вопрос. АСЕЕВ В первых же книгах А. выступил как типичный декадент-романтик. А. примкнул к группе С. Боброва «Центрифуга», пытавшейся сочетать классическую «чистую» лирику с техническими завоеваниями молодого еще тогда кубо-футуризма. В дореволюционных стихах А., кроме всего этого, чувствовалась романтика запорожских песен («Песни сотен», «Песня Ондрия»), образы русских сказок («Еще! Исковерканный страхом»), славянская мифология («Над Гоплой»). На этом третьем этапе своего творчества (первый — 1912–1917, второй — 1918–1922, третий — 1923 и дальше) А. выступает как романтик, преданный делу пролетарской революции, но задыхающийся в революционных буднях. Поэта пугает не кажущееся или действительное наступление антипролетарских социальных сил, а цепкость мещанских бытовых навыков и старой эстетики. Для стиха А. характерна «установка на звук и ритм. А. любит «звуковые повторы внутри фразы, доходящие до почти полного совпадения звуков слов, близких одно к другому». Чрезмерная изощренность звукового строя стихотворений А. нередко противоречит их идейному и эмоциональному содержанию, нередко затемняет смысл, делая целые строфы непонятными. Эти недостатки свойственны даже агитационным стихотворениям А. Искусственность эта особенно явственна в рифмах А. Декадентски футуристический формализм приводит порою к совершенно нестерпимым срывам. Таков размен революционной трагедии на дешевые аллитерации в стихотворении «Тайга».

Вы здесь: Home Литература История русской литературной критики 19-20 веков